Принимая во внимание ограниченные возможности, очень трудно представить в целом деятельность Комиссии правительства Республики Сербской по расследованию событий в Сребренице и ее окрестностях с 10 по 19 июля 1995 г. (далее: Комиссия). Усложняет обстоятельства тот факт, что я[1] был назначен членом Комиссии в самом конце первого периода ее деятельности, когда уже были приняты Правила о работе Комиссии, сформированы ее рабочие группы и завершена огромная часть эмпирической работы. Однако, возможно, именно поэтому я могу быть более объективным и критичным в отношении ее работы и результатов. Уже много раз в интервью и научных работах мне приходилось рассказывать о работе Комиссии.

Поставив несколько вопросов, которые, я думаю, были бы интересны на этой конференции, я попытаюсь в какой-то мере осветить некоторые аспекты работы Комиссии. Мое видение событий в Сребренице представлено в статье «Феноменология Сребреницы»[2].

1. Формирование Комиссии. Формирование Комиссии было мотивировано обязательством Республики Сербской ответить на решение Палаты по правам человека Боснии и Герцеговины (БиГ)[3] от 3 марта 2003 г.[4] Решение Палаты относилось к 49 заявлениям, которые были поданы ближайшими родственниками лиц, пропавших без вести во время событий в июле 1995 г. в районе Сребреницы, о чьей судьбе тогда не было достоверной информации. Так как Палата осталась недовольна первой реакцией правительства РС[5], последовала реакция Канцелярии Высокого представителя международного сообщества в Боснии и Герцеговине (ОХР). Между тем, пришло еще 1800 за­явлений. Палата потребовала от РС «в срочном порядке» опубликовать всю информацию, которая находится в ее распоряжении и «относится к судьбе и местам, где находились пропавшие», затем — открыть всю информацию, которая относится «к местонахождению отдельных и массовых захоронений жертв событий в Сребренице, которые ранее не были раскрыты», а также «провести полное, результативное, тщательное и подробное расследование событий, которые привели к нарушению прав человека, чтобы... членам се­мей и общественности стало известно о роли РС в резне в Сребренице в июле 1995 г., о ее более поздних пытках скрыть эти факты, места, где находились пропавшие лица в Сребренице в июле 1995 г.»[6] В решении Палаты не уточ­нено, идет ли речь о лицах из заявлений или о всех лицах, которые числятся пропавшими.

Столкнувшись с многочисленными вопросами в связи с событиями в Сребренице июля 1995 г., которые остались без ответа (а ставили их разные институты, общества и организации), в середине декабря 2003 г. правительство РС было вынуждено сформировать Комиссию, в качестве своего временного рабочего органа. В обращении к Совету НАТО 3 ноября 2004 (значит, после публикации полного текста Доклада Комиссии) главный прокурор МТБЮ Карла дель Понте сделала вывод, что Комиссию «Республики Сербской образовал Высокий представитель»[7]. Остается открытым вопрос, могли ли власти РС подругому заниматься этим вопросом; необходимо ли было создавать Комиссию? Одно можно сказать наверняка: РС больше не просто не могла, но и не смела игнорировать этот вопрос.

2. Предыдущие попытки РС ответить на вопрос, что произошло в Сребренице в июле 1995 г. Еще в 2002 г. Бюро Правительства РС по связям с МТБЮ и Центр документации РС подготовили доклад о деле «Сребреница» (1 часть)[8]. Из-за позиции ОХР и давления международных факторов этот Доклад Правительство РС не рассмотрело и не опубликовало как официальный документ. Высокий представитель Пэдди Эшдаун осудил Доклад, подчеркнув в «заявлении для общественности», что «Доклад, который сегодня представлен, так далек от истины, что скорее и не стоит его комментировать. Это тенденциозный, абсурдный и возмутительный доклад и, надеюсь, ни один ответственный политик не позволил бы себе с таким Докладом связать свое имя, особенно перед проведением выборов, которые следовало бы устремить в будущее Боснии и Герцеговины, а не на изменение своего прошлого»[9]. Что такого «тенденциозного, абсурдного и возмутительного», по оценке господина Эшдауна, содержалось в Докладе? Возможно, ему не понравилась констатация, что в «предполагаемом массовом убийстве» около 2000 «мусульманских военных» были убиты в ходе боевых действий и, «вероятно», около 100 были ликвидированы по соображениям «личной мести или просто незнания международного права»[10]. В Докладе дается общий обзор событий; он не был сфокусирован на событиях, которые являлись предметом рассмотрения в Палате по правам человека[11].

3. Состав Комиссии и критерии выбора ее членов. Комиссия состояла из семи членов. Пять членов назначало правительство РС, а двоих — ОХР, соответственно, Высокий представитель. Разумеется, среди членов преобладали юристы, специалисты в области уголовного права. Председателем Комиссии стал Марко Арсович (судья и адвокат); членами: Джордже Стойкович (судья и адвокат, назначенный заместителем председателя), Милорад Ивошевич (судья), Гойко Вукотич (судья и адвокат), Милан Богданич (глава Управле­ния правительства РС по поиску пропавших без вести). В Комиссию Высокий представитель назначил историка Смайла Чекича (ставшего заместителем председателя) от имени семей, которые подали заявления, и Гордона Бейкона (насколько мне известно, полицейского по профессии) в качестве предста­вителя Международной комиссии по пропавшим без вести лицам (ICMP). В самом конце работы Комиссии (17 мая 2004 г.) правительство РС назначило меня членом Комиссии на освободившееся место, в связи с уходом Марка Арсовича[12]. Все члены Комиссии прошли соответствующие проверки[13] компе­тентных органов РС и ОХР.

В РС было очень тяжело найти соответствующих людей, которые бы взяли на себя обязанности по работе в Комиссии. Кроме М. Богдановича, никто из членов Комиссии из РС ранее не занимался изучением событий в Сребренице, более того, прошедшей гражданской войны вообще. С другой стороны, с этим имели дело С. Чекич[14] и Г. Бейкон, работавшие в ICMP. Институты, в которых они работали, занимались составлением списков пропавших без вести людей из региона Сребреницы в июле 1995 г.
В работе Комиссии в качестве наблюдателей постоянно участвовали представители ОХР и прокуратуры Гаагского трибунала.

4.    Мандат Комиссии. Мандат Комиссии был определен решением правительства о формировании Комиссии. Комиссии было предписано придерживать­ся принципа гласности. Ее наделили полномочиями «для проведения всех след­ственных действий и других мероприятий с целью установления полной истины». МВД РС, Министерству юстиции РС, Министерству обороны РС, Генеральному штабу и Республиканскому секретариату по связям с МТБЮ приказано «оказывать полную поддержку работе Комиссии».


Согласно решению, мандат Комиссии действовал шесть месяцев со дня вступления в силу. Комиссия должна была ежемесячно предоставлять правительству доклады, а не позднее чем за три дня до завершения работы — и заключительный доклад с установленными фактами.[15]

Практически задача Комиссии заключалась в сборе соответствующего фактического материала, на основе которого можно было бы «расследовать указанные преступления», установить заказчиков и исполнителей. Кроме того, нужно было собрать соответствующую информацию и об акциях установления контроля Армии Республики Сербской (АРС) над Сребреницей, усилиях по эвакуации населения, гуманитарному кризису, положению в Поточарах, ситуации в «смешанной колонне», о судьбе и местах нахождения пропавших без вести лиц, местонахожде­нии отдельных и массовых захоронений, идентификации жертв. Одним из при­оритетов работы Комиссии было составление как можно более точного списка пропавших без вести лиц, уделяя особое внимание выяснению судьбы лиц, ука­занных в решении Палаты по правам человека от 3 марта 2003.[16]

5.   Ограничительные факторы в работе Комиссии. Несколько факторов ограничивало работу Комиссии. Во-первых, Комиссия не являлась судебным органом и не обладала полномочиями для рассмотрения правовых вопросов, что входило в компетенцию соответствующих судов. У Комиссии не было полномочий для проведения эксгумации и идентификации человеческих останков. Местонахождение массовых захоронений (о которых информация была получена различным образом) обозначалось как потенциальное. Это значит, что Комиссия не могла установить общее количество жертв, а также причины, характер и время смерти, а также различить, кто стал жертвой преступления, а кто каким-либо другим образом погиб в ходе прорыва из окружения 28-й мусульманской дивизии из Сребреницы. Кроме того, Комиссия располагала материалами, которые уже вскоре были направлены в прокуратуру МТБЮ. С другой стороны, Комиссии были недоступны очень важные материалы, пре­жде всего, сообщения иностранных разведок. Прокуратура МТБЮ и отдельные институты Федерации БиГ, особенно Федеральная комиссия по пропавшим без вести лицам и Министерство обороны Федерации БиГ, не предоставили все необходимые материалы. По сути, Комиссия не располагала инструмента­ми для проверки подлинности полученной информации. Кроме того, Комис­сии было отведено очень мало времени для работы, всего шесть месяцев, до 11 июня 2004 г. С одобрения ОХР этот срок был позднее продлен до 15 октября 2004 г. для работы по упорядочиванию списков. Ограничивающим фактором стали также и взаимоотношения членов Комиссии, точнее взаимное недове­рие между «сербскими» членами и членами, которые были назначены Высоким представителем.

6. Пересмотр мандата Комиссии. О причинах пересмотра мандата Комиссии можно точнее ответить на основании «Первого предварительного доклада» Комиссии от 14 апреля 2004 г.[17] Тогдашний председатель Марко Арсович долгое время не приходил на заседания Комиссии, а «Предварительный доклад» подписали заместители председателя — Чекич и Стойкович. Можно с уверенностью сказать, что его автором был Смайл Чекич[18]. По моим данным, «Предварительный доклад» был рассмотрен на заседании Комиссии.

В «Предварительном докладе», в частности, говорится, что учреждения РС, прежде всего Генеральный штаб АРС и Секретариат по отношениям с МТБЮ, не сотрудничают с Комиссией или сознательно препятствуют ее работе[19]. Еще до написания этого доклада в работу Комиссии дважды вмешивался Высокий представитель[20], а после его публикации он сменил первых лиц этих учреждений, а также в правительстве РС настаивал на смене председателя Комиссии. Работа Комиссии ограничилась двумя вопросами: обнаружение мест массовых
захоронений и упорядочивание списков пропавших без вести лиц. Угроза краха институтов РС и успех работы Комиссии обусловили принятие доклада Палатой по правам человека Конституционного суда БиГ. Институты РС тогда, действительно, находились под угрозой[21].

7.   Ограничение мандата Комиссии. Комиссия дальнейшую работу ограничила исключительно расследованием судьбы босанцев, соответственно, поиском информации о местах массовых захоронений, и в первую очередь, в период с июня до октября 2004 г., — упорядочиванием списков про­павших без вести лиц. В ходе визита некоторых членов Комиссии в прокуратуру МТБЮ им было предложено, чтобы Комиссия утвердила «исторический контекст и фактическое положение» из первоначального обвинения генералу Крстичу от 2 августа 2001 г.[22] Комиссия согласилась с этим предложением, отметила его в своем заключительном докладе,[23] хотя сама формулировка была неточная. После пересмотра мандата Комиссия вообще не занималась «историческим контекстом», и с трудом в этом смысле можно говорить и о «признании фактического положения», особенно тех утверждений, которые в первоначальном обвинении Крстича не доказаны как бесспорные. Важно отметить, что и Палата по правам человека в своем решении от 3 марта 2003 г. выбросила исторический контекст и оставила только факты, которые отно­сятся к событиям в Сребренице и ее окрестностям в июле 1995 г. и которые со­держатся в первоначальном обвинении МТБЮ «Обвинение против Радислава Крстича» от 2 августа 2001 г.[24]

Когда тогдашний председатель Комиссии Марко Арсович подал в отставку, правительство РС на место нового председателя Комиссии назначила члена Комиссии Милана Богданича.

8.   Организационная работа Комиссии. Комиссия сформировала три команды из двух человек, которые занимались некоторыми конкретными вопросами. Событиями в «смешанной колонне» занимались Чекич и Стойкович, в Поточарах — Ивошевич и Вукотич, а потенциальными местами массовых захоронений — Богданович и Бейкон[25]. Материалы, которые предоставили Министерство обороны РС и Генеральный штаб АРС, рассматривали сначала Чекич и Стойкович, а представленные МВД РС — Ивошевич и Вукотич. Там не было строгого разделения, так как все члены Комиссии имели доступ ко всем материалам.

Следуя этому принципу, написана и первая часть Доклада в июне 2004 г. Чле­ны рабочих групп написали отдельные части Доклада, которые были доработаны и согласованы на заседаниях Комиссии[26]. Во второй части своей работы (с июня по октябрь 2004 г.) Комиссия в первую очередь занималась очень ответственной ра­ботой: анализом различных списков. В целях реализации этой работы в качестве органа Комиссии, была сформирована особая рабочая группа[27].

9.   Обстановка и атмосфера работы Комиссии. Члены Комиссии из РС постоянно были обременены необходимостью одобрения Доклада со стороны Палаты по правам человека Конституционного суда БиГ. ОХР четко дало понять, что в случае непринятия Доклада РС продемонстрировала бы неспособность выполнить свои обязательства, что могло бы привести к тяжелым последствиям в ее институтах (и не только персональным). Комиссия работала и в обстановке посто­янных стрессовых условий и нехватки времени.

Рабочую атмосферу сопровождали и постоянные разногласия, а иногда и острое противостояние между С. Чекичем и мной.

10.    Давление (прямое и скрытое) на членов Комиссии, особенно на тех, кто из РС. Все вышеперечисленное — недостаток времени, пересмотр мандата, избирательный подход к соответствующим материалам, и особенно необходимость принятия доклада Палатой по правам человека — представляло способы давления на членов Комиссии из РС. Чекич постоянно говорил о давлении, кото­рое оказывали на него семьи пропавших без вести лиц, часто выдвигая утвержде­ния, которые, по их мнению, должны были содержаться в Докладе. В самом кон­це первого периода работы Комиссии (в начале июня 2004 г.), когда должна была быть написана первая часть Доклада, господин Чекич представил свою версию полного текста Доклада, как Доклада Комиссии, очень пристрастного и (соответ­ственно) неблагоприятного для РС. На следующий день на заседании Комиссии я полностью разгромил и методологию, и позиции этого Доклада, так, чтобы его Комиссия дальше не принимала к рассмотрению[28].

Особый вид давления представляли и попытки (особенно Бейкона и Чекича) включить в Доклад показания «гражданского комиссара» Сребреницы Мирослава Деронича и начальника безопасности Братунской бригады АРС майора Момира Николича, предоставленные гаагскими следователями. Деронич[29] и Николич[30] уже были осуждены МТБЮ в первой инстанции. Упомянутые «показания», сделанные ими в ходе апелляции, представляли собой составную часть «переговоров о признании вины». Деронич прямо обвинил некоторых представителей политического руководства РС, что они приказали осуществить массовые убийства в Сребренице, а Николич предложил выявить местоположение массовых захоронений[31]. В частности, Чекич через наводящие вопросы, адресованные Момиру Николичу, подчеркнул роль ар­мии и полиции Сербии в тех событиях, что Николич не подтвердил. Члены Комиссии из РС решительно отвергли эти усилия, и «показания» Деронича и Николича не были приняты в качестве материалов Комиссии. Дела Деронича и Николича находились в состоянии апелляции[32], а об участии вооруженных сил Сербии в событиях в Сребренице в июле 1995 г. тогда не было веских доказательств.

Интенсивными были и стремления представителей ОХР, прокуратуры МТБЮ, членов Комиссии Чекича и Бейкона подчеркнуть в Докладе и квалифицировать события в Сребренице в июле 1995 г. как «геноцид»[33]. И несмотря на все это, в Докладе четко указывается, что Комиссия не располагала полномочиями давать правовую квалификацию событиям. Комиссия слово «геноцид» использовала один раз — при упоминании первоначального приговора генералу Крстичу[34].

Выраженную форму давления представляли неадекватные комментарии и со­общения в средствах массовой информации. Преуспели СМИ из Федерации БиГ, в которых значение, работа и результаты Комиссии сведены к минимуму[35].


11.   Материалы и источники информации Комиссии. Комиссия боль­шую часть информации получила от институтов системы РС[36]. Часть документа­ции предоставила и прокуратура МТБЮ, а также Министерство обороны Феде­рации БиГ. Практически все эти материалы принадлежали прокуратуре МТБЮ. Хотя при этом данная информация не была доставлена Федеральной комиссии по пропавшим без вести лицам. Для составления списков Комиссия использовала все ранее известные списки, перепись населения 1991 года, а также любые документы, в которых упомянуто какое-либо имя.

12.   Самые значительные результаты работы Комиссии. В рамках своего мандата Комиссия больших успехов достигла в получении информации о местонахождении потенциальных захоронений и в обобщении списков пропавших без вести лиц. Поскольку Комиссия не располагала полномочиями по раскопке потенциальных захоронений, она не могла проверить достоверность полученной информации. Комиссия не имела доступа ни к документации о ранее раскопанных захоронениях, ни об эксгумации и идентификации человеческих останков.


Для обобщения списков пропавших без вести лиц Комиссия сформировала команду профессионалов, которые занимались только этой проблемой. Методология сопоставления данных о пропавших без вести лицах и составле­ния списков Комиссии была абсолютно новой. Используя все имеющиеся источники (в том числе и поименную перепись населения 1991 г.), в базу данных внесены более 150 000 имен, которые нужно было сравнить. В этих данных было обнаружено, что в связи с «событиями в Сребренице» с 1992 по 1995 г. в различных списках и других источниках упоминаются более 13 500 мусульманских имен. В результате анализа данных Комиссия составила пять относительных списков, в которых присутствуют все имена, которые упоминаются в источниках, независимо от того, подпадали ли они под мандат Комиссии. Список А-1 включает в себя 7 108 имен лиц, о которых известно, что они про­пали между 10 и 19 июля 1995 г. Список А-2 включает 698 имен лиц, которые исчезли в июле 1995 г. Список Б включает 936 имен, которые требуют допол­нительной проверки. Список Ц-1 включает 4 556 имен лиц, для которых была установлена дата исчезновения (или констатирована смерть) в июле 1995 г. Список Ц-2 включает 271 имя тех, кто считается пропавшими без вести, но для которых было установлено, что лица под этими именами или живы, или умерли естественной смертью, или при обстоятельствах, которые не подпадают под мандат Комиссии. По истечении срока мандата Комиссия не смогла окончательно завершить все процедуры обработки, сравнения и анализа имеющихся источников и таким образом определить окончательные цифры (которые бы по завершении этой работы, безусловно, были другими). Имеющиеся данные Комиссия не проверяла на местах, работала только сравнивая и анализируя имеющиеся источники[37]. Важно отметить, что достоверность данных б предоставленных запросах по пропавшим без вести лицам не про­веряли и организации, которые до Комиссии составляли списки пропавших без вести в событиях в Сребренице в июле 1995 г. (Международный комитет Красного Креста, МТБЮ, ICMP и другие). В Приложении к Докладу ясно ука­зывается на необходимость проверить достоверность различных данных, по­скольку списки не могут «показать точную дату и место исчезновения и со­всем не рассматривают вид и причину смерти»[38].

13.  Выводы и рекомендации Комиссии. Среди прочих выводов Комиссия «установила, что в период с 10 по 19 июля 1995 г. было ликвидировано более тысячи босанцев, что представляет серьезное нарушение международного гуманитарного права, что преступник... предпринял меры, чтобы скрыть преступления путем перемещения тел; обнаружила 32 новых, ранее неизвестных места массовых захоронений, из которых 4 первичные... Принимая это во внимание, мы считаем, что необходимо рассмотреть вопрос о применении той же модели в процессе установления судьбы „пропавших без вести лиц" в целом по Боснии и Герцеговине...; создала базу данных, в которой сведены данные из нескольких источников. Результаты, достигнутые в этой части работы Комиссии, значительные и новые»[39]. В Приложении к Докладу от 15 октября 2004 г. проанализированы имеющиеся списки и другие источники о пропавших без вести лицах с применением новой методологии в ходе ввода, обработки и анализа данных. Был сделан вывод, что «результаты Комиссии по этому вопросу не могут считаться полными, так как требуют дальнейшей и более сложной обработки... Следовательно, этот список не может считаться окончательным. Комиссия считает, что сравнительные списки нужно опубликовать в средствах массовой информации...»[40].

Комиссия еще раз констатировала, что «целостное представление о событиях в Сребренице и ее окрестностях возможно создать только после рассмотрения их исторического контекста». Среди прочего, Комиссия вынесла постановление «...4. Органам власти нужно пересмотреть участие лиц, занимающих государственные посты, в институтах, а также в общественных служ­бах, которые подозреваются в совершении военных преступлений. 5. Компетентные органы должны продолжать свою деятельность по дальнейшему сбору документов и соответствующих фактов... 6. Ускорить работу по эксгумации и идентификации человеческих останков...[41] 7. Комиссия считает необходимым рекомендовать руководству Республики Сербской поклониться жертвам Сребреницы и извиниться перед семьями жертв. Комиссия надеется, что этому примеру последуют и представители других народов в Боснии и Герцеговине...»[42]

14.   Политизация результатов и работы Комиссии. Политизация результатов работы Комиссии имела место, если под ней подразумевать выступление тогдашнего президента РС Драгана Чавича. В первой части обращения Чавич рассказал о массовых преступлениях против сербов в Сребренице, Братунаце, Миличе и Скелане, а дальше сослался на результаты работы Комиссии. Цитируя части Доклада, Чавич, «прежде всего как человек и серб, а также отец, брат и сын, а потом уже как президент РС», отметил, что «эти девять дней июльской трагедии в Сребренице являются черной страницей истории сербского народа. Участники этого преступления не могут быть оправданы никем и ничем. Тот, кто совершил подобное преступление и при этом может сослаться на народ, к которому относится именем и фамилией, совершил преступление перед собственным народом... Тот, кто может обратиться к Богу, совершая преступление, ожидая от Всевышнего благословения, совершил преступление и против Бога, в которого верит. Тот, кто совершил подобное преступление из мести, отомстил своему собственному народу». Доклад Комиссии, по его мнению, — это «начало трудного для всех нас и, вероятно, ужасного пути осознания истины»[43]. Хотя обращение большей частью основано на первой части Доклада Комиссии, оно вызвало громкое негодование у части общественности РС, которая в основном считала и сейчас считает, что он создавался под давлением ОХР.

15.   Манипуляции докладом Комиссии. На основе указанной методологии, сразу после завершения первой части работы Комиссии, от отдельных граждан, отдельных институтов, некоторых средств массовой информации и даже от самого ОХР послышались заявления, что доклад «содержит и документы, которые ясно указывают», что операция «Кривая-95» состояла из трех фаз (нападение на Сребреницу, отделение женщин и детей и ликвидацию мужчин), что убийства были спланированы, что было убито 7800 человек, что подтверждено участие Армии Югославии. Такие факты появились во многих средствах массовой информации, практически — еще до того, как Доклад был завершен[44]. Об этом в своем письме Высокому представителю ЕС по внешней политике и безопасности Хавьеру Солане и Генеральному секретарю НАТО Яп де Хооп Схефферу писал тогдашний Высокий представитель П. Эшдаун. На самом деле, мнение в письме Эшдауна основано на отклоненном докладе Смайла Чекича. К сожалению, в СМИ Доклад Комиссии никто не цитировал полностью.


Результаты работы над списками (Дополнение к Докладу) были представлены во второй части Доклада Комиссии в октябре 2004 г. Эта часть Доклада, значительно более научно подготовленная по сравнению с первой частью от июня 2004 г., в основном проигнорирована. Отмечалось, что в ней неправильно (по меньшей мере) обозначено число лиц, которые числятся пропавшими как жертвы преступления. В обращении к Совету НАТО 3 ноября 2004 г. Карла дель Понте отметила, что «согласно Докладу Комиссии... число убитых за не­сколько дней составило 7800»[45]. В ряде публичных выступлений это утвержде­ние усилила и директор Фонда гуманитарного права в Белграде Наташа Кан- дич. Число убитых от 7000 до 8000 упоминается и в публикации Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии[46], в интернет-энциклопедии «Википе­дия». Особенно показательно, что утверждениями и отчетами Доклада часто манипулировал заместитель Комиссии Смайл Чекич[47]. Как правило, чаще всего манипуляция находила отражение в толковании понятия «пропали без вести» как «стали жертвами преступления». Числом жертв в Сребренице ма­нипулировали и таким образом, что только одна эксгумированная (и неиден- тифицированная) человеческая кость представляется как «один убитый» без каких-либо конкретных объяснений.

Похоже, что неправильная интерпретация Доклада является не только следствием незнания его содержания[48]. Произвольные интерпретации и комментарии Доклада стали свойственны не только журналистам и представителям разных неправительственных организаций, но и «людям из профессии»[49]. В конце концов текст Доклада был опубликован на сайте Правительства РС, а его первая часть — и в средствах массовой информации. Поэтому можно с уверенностью утверждать, что речь идет и об осознанных злоупотреблениях. И, несмотря на возможность различных интерпретаций Доклада, Комиссия ни в коем случае не подтвердила данные из первоначального обвинения генерала Крстича, где говорится о семи-восьми тысячах убитых босанцев.

После завершения мандата Комиссии 15 октября 2004 г. за содержание стало ответственно правительство РС, так как Доклад фактически стал его собственностью. Поскольку тогдашнее правительство РС не реагировало на ошибочные интерпретации Доклада, на них отреагировали члены Комиссии из РС открытым письмом в январе 2005 г.[50] В письме среди прочего говорилось, что в Докладе нигде не шла речь о «третьей фазе операции „Кривая-95"», которая якобы подразумевала «планы убийства», что там не упоминается участие армии СРЮ и Республики Сербской Краины, так как Комиссия не располагала доказательствами для подобного заключения[51]. Комиссия не имела полномочий для проведения эксгумаций и идентификаций останков,[52] что означает, что она не могла установить причины, характер и время смерти, а также общее число жертв, которые станут известны только после завершения эксгумации и идентифика­ции. Исходя из вышесказанного, Комиссия не могла установить число убитых, а также погибших в результате других причин (в бою, во взаимных конфликтах, в результате самоубийств, на минных полях, при переходе через Дрину и Ядру) в ходе прорыва из окружения 28-й дивизии Армии БиГ[53]. Комиссия в результате анализа и сопоставления существующих списков и других имеющихся в распо­ряжении источников представила список выявленных пропавших без вести лиц, а не лиц, ставших жертвами преступления. Список из 7806 имен относится к лицам, которые числились пропавшими без вести в течение всего июля 1995 г. В ходе работы Комиссии было идентифицировано 1438 останков до начала июля 2005 г. Международная комиссия по поиску пропавших без вести идентифици­ровала 2070 останков. С 31 марта 2003 г. по 11 июля 2008 г. в Поточарах были захоронены 3215 идентифицированных тел[54]. Из-за нехватки времени Комиссия не проводила эмпирической проверки данных списков на основании заявлений членов семей лиц, пропавших без вести, и других лиц. На основе имеющейся документации для некоторых лиц, которые числились пропавшими без вести в ходе событий в Сребренице в июле 1995 г., было доказано, что они живы, некото­рые из них изменили документы; некоторые в списках повторялись; некоторые записи были неполными; многие лица были представлены как пропавшие без вести в июле 1995, но на самом деле были убиты совсем в другое время (в боль­шинстве случаев в 1992, 1993, 1994 гг.) или совсем в другом месте, далеко от реги­она Сребреницы, и т. д. В Дополнении к Докладу от 15 октября 2004 г. приведены конкретные примеры таких «дел».

Поскольку неточные и произвольные интепретации Доклада продолжились и дальше, члены Комиссии из РС 20 марта 2007 г. снова обратились к общественности и указали на факты, содержащиеся в тексте открытого письма[55]. Руковод­ствуясь постулатами науки, которой я занимаюсь, эти вопросы я и сам поднимал в публичных выступлениях, интервью, авторских текстах.

17. Критика Доклада. Очевидным недостатком Доклада является то, что он явился результатом компромисса его членов, недостатка времени. Тем не менее, многие замечания, в частности, могли бы относиться к первой части Доклада от июня 2004 г.: как к его внутренней структуре, так и к интерпретации, соответственно, стилю и языку. Прежде всего, текст первой части Доклада не соответствует его названию — «События в Сребренице и ее окрестностях с 10 по 19 июля 1995 г.». Пересмотр мандата серьезно сузил поле деятельности Комиссии: она не занималась ни историческим контекстом, ни всеми аспектами событий в Сребренице с 10 по 19 июля 1995 г.[56] Наряду с вышеперечисленными ограничениями и удалением Комиссии из области, не предусмотренной мандатом, эти недостатки обусловлены и качеством доступной документации[57], а также и самой интерпретацией, что особенно выражено в деле о «смешанной колонне»[58]. Эта часть Доклада (с. 13-23) изобилует многочисленными неясностями, а также крайне относительными, неточными и навязанными показателями. Например, указывается, что в сборном центре в Касаби находилось от 1500 до 3000 людей, а в Сандиджиме от 1000 до 4000 (с. 15), что было захвачено «большое количество» людей, а в «селе Лиешань захвачено 6-7 (!) босанцев (с. 16). С другой стороны, достаточно точно констатируется, что в лесах в регионе Побуджа захвачено «по меньшей мере 6000» человек, без конкретных указаний, куда они отведены (с. 15).

В этом разделе Доклада ничего не сказано о том, что случилось с группами (от 200 до 2000 человек), которые скрывались в разных местах, пытаясь проникнуть в Сербию или в Федерацию БиГ[59]. Участники «смешанной колонны» охарактеризованы как «жители», которые искали «спасения на территории под контролем АБиГ». Эта многочисленная колонна («10-15 тысяч человек») в ночь «с 15 на 16 июля 1995 г. благополучно прошла часть дороги Крижевачка-Нива — Бальковицы, где скрылась в общем потоке» (с. 19). С другой стороны, не указано никаких жертв, пострадавших в прорыве, не упомянуты потери при попытке переправиться через реку Ядар. Согласно оценке МТБЮ, «смешанная колонна представляла легитимную военную цель», и упугцения этих исследований не позволили реально взглянуть на масштаб преступления. В докладе голландского Института по военной документации (НИОД) говорится, что выход колонны «может даже считаться нежелательным и непредвиденным импульсом к массовым убийствам, которые последовали»[60]. Комментарии могут быть адресованы и к другим раз­делам Доклада (и Дополнения)[61]. Комиссия тщательно не исследовала изначаль­ную демографическую ситуацию в «защищенных зонах» Сребреница и Жена, не использовала более детально результаты НИОДа.

18.  Отсутствие отдельных мнений. Особого мнения не было, по крайней мере, по двум причинам. Первая, немного банальная, но впечатляющая: просто не было времени. Члены Комиссии подписали первую часть Доклада около 11.30 часов 11 июня 2004 г., а заседание правительства, на котором он должен был рассматриваться, начиналось в 12 часов. Вторая причина серьезнее. Возможно, особое мнение создавало бы возможность для ОХР и Палаты по правам человека в конеч­ном итоге не принять Доклад, что в институциональном смысле имело бы (пред­сказуемые) тяжелые последствия для РС[62].

19.  Признала ли Комиссия геноцид? Ни в коем случае. Комиссия не обладала полномочиями заниматься правовыми вопросами, давать юридическую квалификацию событиям, и этим не занималась. В Заключении в целом отмечено, что в Сребренице в июле 1995 г. совершено «серьезное нарушение международного гуманитарного права»[63]. Было отмечено, что, несмотря на все давление, термин «геноцид» в Докладе использовался только один раз — в ходе цитирова­ния судебного решения по делу Крстича в первой инстанции в августе 2001 г.[64] Именно во время работы Комиссии, в апреле 2004 г., было принято решение во второй инстанции в отношении генерала Крстича, согласно которому он был осужден за «пособничество и поддержку геноцида». Таким образом, в этом решении события в Сребренице июля 1995 г. охарактеризованы как геноцид. Со своей стороны Комиссия не обнаружила никаких доказательств о планировании убийств. На сегодняшний день МТБЮ не вынес ни одного решения за соверше­ние или соучастие в совершении геноцида.
20. Несоблюдение рекомендаций Комиссии. Из рекомендаций была реализована, только одна — о пересмотре «участия лиц, работающих в государственных органах, институтах, а также в общественных службах, которые подозреваются в участии в военных преступлениях»[65]. Согласно распоряжению Высокого представителя, в конце 2004 г. была сформирована рабочая группа, которая работала над этой задачей. В ходе своей деятельности рабочая группа расширила мандат, занимаясь установлением личности всех лиц, которые могли участвовать в операции в Сребренице в июле 1995 г. В связи с тем, что я не являлся членом Рабочей группы, мне не был доступен ее Доклад, я не могу более конкретно говорить о методах и результатах ее работы[66].

По заявлению некоторых членов рабочей группы, в так называемом «списке Сребреницы» фигурировали более 20000 имен (даже до 27000), из которых около 810 были зарегистрированы как лица, которые во время составления списка являлись работниками институтов РС или БиГ. По словам одного члена рабочей группы, «в списке были указаны лица, которые в период с 10 по 19 июля 1995 г. находились на территории от Биелины до Хан-Пиеска и которым МВД РС и Армия перечисляли заработную плату... Так, в списке были и те, кто располагался в Биелине и никогда не посещал Сребреницы». В список попали и «секретари, повара, уборщицы»[67]. Список с огромным числом имен вызвал тревогу обществен­ности РС, тревога возросла после решения Высокого представителя Мирослава Лайчака (начало июля 2007 г.) о приостановлении деятельности 35 полицейских МВД РС и изъятии личных документов у 93 лиц[68]. Исследование в связи с воз­можным объединением лиц из «списка Сребреницы» с военным преступлением проводит Специальный департамент по военным преступлениям прокуратуры БиГ, хотя трудно представить себе достаточно быстрое и в то же время детальное проведение исследования около 20000 лиц.

Под давлением ОХР работа Комиссии была направлена на разбирательство общих событий, даже семьи заявителей не получили необходимые ответы. Несмотря на рекомендации, информация о массовых захоронениях не использована. Бывшая Федеральная комиссия по пропавшим без вести лицам, чьи компетенции были переданы Институту по делам пропавших без вести лиц на территории БиГ, не возобновила раскопки потенциальных захоронений. С 11 июля был осуществлен политически-информационный спектакль, который одновременно использовался и для атак на РС, и на Сербию. К этой политике присоединилась и ассоциация родственников, и другие НПО, которые их представляли, направившие всю свою активность на поиск ответственных, иногда и с их случайным определением. Более чем произвольно выдвигались обвинения в планировании преступлений и участии в них Сербии. Эта кампания была проведена и для того, чтобы усилить позиции Федерации БиГ (и сильно ослабить позиции РС) в недавнем споре с Сербией перед Международным уголовным судом. Решение этого суда в феврале 2007 г. произвело эффект сейсмического землетрясения, вызвано настоящий шок у части общественности БиГ, особенно в Федерации[69]. Работа «Комиссии по Сараеву» не продвинулась дальше назначения ее членов[70]. Правительство РС до сегодняшнего дня не действовало в соответствии с рекомендациями, соответственно, поручило своим институтам начать расследование событий в Сребренице в ходе войны с 1992 по 1995 г. Оно еще до сих пор не закончено[71].

Что в итоге? Ключевые вопросы о событиях в Сребренице в ходе гражданской войны 1992-1995 гг., а особенно тот, что связан с событиями июля 1995 г., еще остаются открытыми. Сребреница в прошедшей гражданской войне долго будет проблемой, по которой всех исследований будет недостаточно. Именно поэтому нужно было бы заниматься ими серьезно и профессионально.

Стоило бы сейчас вспомнить старинные рекомендации Девида Уркварта, известного британского дипломата, весьма уважаемого за разработку «Начертания»; «Давайте помнить высокое положение, которое они (сербы) занимают сейчас... Они стоят во главе всех наций славянского происхождения, так как обладают сво­бодой, без которой невозможно никакое интеллектуальное развитие, и они обяза­ны подчиняться только заповедям справедливости и закона.. .»[72]





[1]      Из-за характера текста и отдельных объяснений иногда в исследовании необходимо было обращение от первого лица, редко использующееся в научных текстах.
[2]      Vujadinović Ž. Fenomenologija Srebrenice // Istorija 20. veka. Beograd, 2006. Br. 2. S. 147-163. Незначительно дополненная работа под тем же названием опубликована и в журна­ле: Радови Филозофског факултет. Бања Лука, 2007. Бр. 10. С. 293-315, а также на сайте www.srebrenica-project.com.
[3]      Палата по правам человека является судебным органом, образованным согласно При­ложению 6 Дейтонского мирного соглашения. Поскольку его мандат истек 31 декабря 2003 г., его юрисдикцию унаследовала Комиссия по правам человека при Конституци­онном суде БиГ.
[4]      Предмети Сребреница. ЦХ/01/8365 ет ал. Селимовић и 48 других против Републике Српске. Сарајево: Дом за људска права за Босну и Херцеговину. 2003, 3. март.
6      В §§ 84-97 «Предмети Сребреница»... обобщено «Сообщение о деле Сребреница», сен­тябрь 2002 г., которое опубликовал Центр документации и Бюро Правительства РС по связям с МУС (Международным уголовным судом) в Гааге. Однако «сторона-ответчик» (т. е. Республика Сербская) это «Сообщение» не предоставила Палате. «У Палаты нет намерения принять или комментировать точность содержащихся в нем обвинений. Вместо этого Палата считает, что существование и содержание «Сообщения» о Сре­бренице Республики Сербской — это факты, относящиеся к жалобе заявителей» (§ 84). Сербская и английская версии этого «Сообщения» не идентичны.
[6]      Предмети Сребреница... Раздел IX («Закључци»), §§ 211, 212, 214, 220, тачке 1-13; см. и «Сажетак Одлуке». С. 1-2. Вместо выплаты отдельных компенсаций Палата приказа­ла РС «для общего блага всех заявителей» однократно выплатить два миллиона кон­вертируемых марок из Фонда «Сребреница-Поточары мемориала-кладбища», а так­же еще два миллиона конвертируемых марок в четыре ежегодных платежа. В конце «Палата пришла к выводу, что Республика Сербская дискриминировала заявителей на основании их боснийской национальной принадлежности».
[7]              Office of the Prosecutor. Den Haag, 2004. 3. И. Сообщение для прессы, JP/P.I.S./907-t.
[8]       Извјештај о случају «Сребреница» (1 дио). Бања Лука: Биро Владе РС за односе са МКС/ Документациони центар РС, 2002, септ.
[9]              «Заявление для общественности» опубликовано 3 сентября 2002 г.
[10]            Извјештај о случају Сребреница... С. 35.
[11]    Во Введении Доклада о деле «Сребреница на с. 6 говорится: «По преступлениям, которые совершены в период с 1992 по 1995 г., жертвами которых были в основном гражданские лица сербской национальности, существует точная информация, кто эти жертвы и кто исполнители... Если на временной шкале совершенных в Сребренице преступлений опустить некоторые детали, то невозможно достичь полной истины, что на самом деле произошло. О преступлениях, которые, как считается, осуществлены с 11 июля 1995 г., нет полной информации об именах жертв, каким образом они умерли, времени смерти, а также и информации о непосредственных исполнителях преступления».
[12]    Događaji u i око Srebrenice od 10. do 19. jula 1995. Banja Luka: Komisija za istraživanje događaja и i oko Srebrenice od 10. do 19. jula 1995. Jun 2004. S. 2-3.
[13]    Я не знаю, все ли аспекты были охвачены этими проверками.
[14]   Ив своих публичных выступлениях, и в текстах о событиях в Сребренице в июле 1995 г., и вообще о гражданской войне 1992-1995 гг., Чекич «пренебрегал» постулатом строгой науки. Его книга «Agresija па Republiku Bosnu i Hercegovinu», (Sarajevo, 2004, I—II), опубликованная в те же годы, когда работала Комиссия правительства РС по Сребренице, представляла своего рода синтез тогдашних «представлений» Чекича о военных событиях 1992-1995. Как «агрессоров» на БиГ Чекич выделял Сербию (и Черногорию) и Хорватию, заявив, что «содержание пропорционально участию госу­дарств в агрессии» (с. 9). Первые семь глав посвящены «великосербскому агрессору» (с. 15-932), а восьмая глава относится к «участию Республики Хорватии в агрессии» (с. 935-1115). Органы власти и вооруженные силы РС Чекич охарактеризовал как «вели­косербскую пятую колонну в БиГ». Однако книгу Чекича характеризует односторон­ний и предвзятый подход, а часто и язык, больше подходящий для политического памфлета, чем для научного исследования. После решения Международного суда (февраль 2007 г.) в связи с обвинением БиГ против Сербии (и Черногории) в геноциде ее можно рассматривать как научно ошибочную.
16      Одлука о образовању Комисије за истраживање догађаја у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995, Влада РС. Бр. 02/1-020-1378/03, од 15. дец. 2003.
17      Događaji u i око Srebrenice... S. 3-4. Такой подход серьезно повлиял на изначальную концепцию работы Комиссии. Планировался всеобъемлющий научный подход при изучении приведенных вопросов, детальное представление генезиса событий, при ко­торых была применена строгая методология установления фактов и предоставления доказательств.
[17]    Этот «Первый предварительный доклад» Комиссии от 14 апреля 2004 г. по сей день не опубликован, вообще никак не прокомментирован и не рассматривался ни в одной публикации, которая бы занималась работой Комиссии.
[18]    В нескольких местах используется термин «защитная зона». Из членов Комиссии этот термин использовал только Чекич. Остальные члены Комиссии использовали выраже­ние «охраняемая зона».
[19]    Прелиминарии извјештај Комисије за истраживање догађаја у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995 (12. јануар — 12. април 2004). Бања Лука, 2004,14. апр. С. 9-11.
[20]    Тогдашний Высокий представитель Пэдди Эшдаун 11 марта и 8 апреля 2004 г. по­требовал быстрого окончания расследования и концентрации работы Комиссии на «судьбах, обнаружении останков, числе и идентификации жертв» (Прелиминарии извјештај Комисије... С. 12).
22        На «угрозу институтам» Республики Сербской указал и новый председатель Комис­сии М. Богданович. Позднее в одном разговоре, за несколько месяцев до написания этой работы, он рассказал мне, что его в свое время об этом предупредил тогдашний президент Республики Сербской Драган Чавич. Было интерпретировано, что институ­ты РС не доросли до своих обязательств. Остается открытым вопрос условий и факти­ческой эффективности действий тогдашнего Высокого представителя.
23        Прелиминарни извјештај Комисије... С. 8. Члены Комиссии встретились с главным прокурором МТБЮ Карлой дель Понте, ее заместителем Греймом Блуитом и главным прокурором по Сребренице Питером Макклоски (Peter McCloskey). Среди прочего было отмечено, что расследование Комиссии «будет недостаточным без архива Глав­ного штаба АРС, Президиума РС, видеоматериалов ТВ СРНА и Дринского корпуса, электронной разведки ВРС».
24        Događaji u i око Srebrenice.. .С. 5.
[24] Предмети Сребреница... §§ 15-16. В момент принятия этого решения в процессе была подана апелляция на приговор в первой инстанции МТБЮ генералу Крстичу (от 2 августа 2001, дело № ИТ-98-33-Т). Однако стратегия защиты основывалась не на отрицании фактических утверждений и исторического контекста, а только на отрицании вины генерала Крстича и свидетельствах нарушения права Крстича на справедливое судебное разбирательство. И в Палате констатировалось, что возражения «не относятся к историческому контексту и фактам, связанным с событиями в Сребренице, как это определено в решении по Крстичу» (§ 15).
[25]    Из «Предварительного доклада» (от 14 апреля 2004 г.) видно, что Комиссия сгруппиро­вала события в соответствии с этими тематическими целями заранее (с. 5).
[26]    Принимая во внимание то, что я сам поздно стал членом Комиссии, у меня не было строго принципиальных претензий в отношении написанной первой части Доклада. Тем не менее я очень активно участвовал в пересмотре или отказе от некоторых положений.
[27]    Рабочая группа сравнила и проанализировала около 35 различных списков, для чего разработала и специальную программу.
[28]    В одном разговоре, после завершения работы Комиссии, Милан Богданич сказал мне, что Чекич после того моего выступления и неприятия его доклада через ОХР требовал сменить меня с поста члена Комиссии. Богданич представил заместителю Высокого представителя Бернару Фасию ряд аргументов по поводу неоправданных требований Чекича и необходимости моего дальнейшего участия в работе Комиссии.
[29]    ICTY, predmet IT-02-61 («Glogova»).
[30]    ЮТУ, predmet IT-02-60/1 («Srebrenica»).
[31]    Насколько мне известно, эти показания получены напрямую от прокуратуры МТБЮ, через члена Комиссии Г. Бейкона. Показания Деронича о договорном признании вины даны прокуратуре МТБЮ как часть его апелляции, независимо от работы Комиссии. В показаниях он обвинил некоторых представителей политического и военного ру­ководства РС в том, что они приказали ликвидировать мусульманских заключенных в Сребренице (§§ 181, 209). В дополнение к другим несоответствиям, бросается в глаза и смешение экавского и иекавского произношения в показаниях Деронича (§ 209), а также лексика сербского языка (§ 213). Момир Николич письменно ответил на 60 во­просов, которые Комиссия также в письменном виде представила. В этих ответах не было важных новых данных; в основном повторены заявления из показаний Николича по делу Благоевич - Йокич.
[32]    Статус апелляции давал возможность обвиняемому использовать все средства, кото­рые он посчитает полезными. Это означает, что он может использовать и ложь; его не связывает клятва служить только правде, как в случае со свидетелями.
[33]    Во время работы Комиссии МТБЮ предъявил обвинение во второй инстанции (окон­чательное) генералу Крстичу, в котором события в Сребренице в июле 1995 г. охаракте­ризованы как «геноцид».
[34]    Događaji u i око Srebrenice... С. 5.
[35]    Существующие условия не позволяют основательно рассмотреть этот вопрос, хотя он ни в коем случае не является незначительным.
[36]    Сотрудничество осуществлялось в рамках институтов Республики Сербской. Основ­ным фактором провала «Комиссии по Сараеву» стала неспособность властей Федера­ции БиГ «разобраться сами с собой», чтобы сотрудничать с этой Комиссией.
[37]    В Приложении к Докладу перечислен целый ряд трудностей, с которыми группа экспертов Комиссии столкнулась в ходе анализа данных: неполнота данных, разные дан­ные на одно и то же лицо, опечатки, имеющие решающее значение для компьютерной обработки данных, особенно когда речь идет об одном и том же лице, и т. д. Лица раз­личной категории находятся не только в одном списке, но и отдельные лица указаны в нескольких списках, часто с разными данными о них. Количество имен в отдельных списках значительно различается.
[38]    Извјештај о догађајима у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995. Додатак од 11. јуна 2004. Бања Лука: Комисија за истраживање догађаја у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995. 15. октобар 2004. С. 7.
[39]    Događaji u i око Srebrenice... С. 40-41 (раздел Zaključci).
[40]    Ibidem.
[41]    По инициативе Милана Богданича, в настоящее время председателя коллегии дирек­торов Института по пропавшим без вести лицам в Боснии и Герцеговине, сформи­рована территориальная канцелярия Института в Сребренице. Ранее этой работой занималась территориальная канцелярия Института в Тузле.
[42]    Извјештај о догађајима у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995. Додатак... С. 33-34 (раздел Препоруке).
[43]    Чавић Д. Обраћање јавности поводом Извјештаја Комисије за Сребреницу. Бања Лука, 22. јуни 2004. В конце президент Чавич интересуется «родственниками пострадавших босанцев, которые являются жертвами военных преступлений, совершенных серба­ми... Все имеют право на правду...».
[44]    Уже 12 июня средства массовой информации цитировали содержание письма Эшдау­на Солане и Схефферу.
[45]    Office of the Proseeutor, Den Haag, 3. новембар 2004, JP/P.I.S./907-t.
[46]    Srebrenica: od poricanja do priznanja / Urednik Sonja Biserko. Beograd, 2005. C. 811.
[47]    В публичных выступлениях Чекич часто в Докладе «находил факты», которых там не было. Очевидный недостаток научной тщательности Чекич пытался компенси­ровать надуманным смыслом в результате манипулирования фактами. На интер­нет-странице Института по исследованию преступлений против человечности и международному праву, который работает в качестве структурной единицы уни­верситета в Сараеве, — в описании «научно-исследовательской работы» С. Чекич отметил, что, «работая в Комиссии по исследованию событий в Сребренице и ее окрестностях с 10 по 19 июля 1995 г. и одноименной группе в Баня-Луке (два года — 2004-2005), феноменальным знанием проблематики и силой научных и при­кладных аргументов он достиг результатов исторического значения, которые приняло и проверило правительство Республики Сербской: осуществлена рекон­струкция совершенных преступлений, при этом было установлено, что над босан- цами был осуществлен геноцид, затем была установлена принадлежность жертв и число представителей / участников (около 25.000), среди которых наибольшее число преступников, а также ответственных лиц, организаторов и исполнителей преступлений». Чекич в настоящее время является директором упомянутого Ин­ститута; http://www.institut-genocid.ba.
[48]    В переговорах с высшими лицами (не только журналистами, но и «экспертами» по от­дельным вопросам), которые комментировали содержание доклада, я убедился в том, что большая часть вообще его не читала.
[49]    Благодаря созданной общей картине сегодня почти невозможно «легенду» о Докладе поднять до серьезного разговора.
[50]    После многих перипетий письмо было опубликовано в газете «Патриот» в Баня-Луке 7 марта 2005 г., затем в газете «Вечерне новости» в Белграде 18 июня 2005, а позднее и на сайте правительства РС.
[51]    Комиссия не знала о фильме про экзекуцию, которую совершили представители «Скорпиона» над шестью мусульманами из Сребреницы. Стоит еще отметить, что в работе Комиссии в качестве наблюдателей постоянно участвовали представители прокуратуры МТБЮ, которые впоследствии показали этот фильм в ходе процесса над Слободаном Милошевичем.
[52]    Эксгумации, которые до 1 января 2008 года находились в компетенции Комиссии по пропавшим без вести гражданам Федерации БиГ, Институтом по пропавшим без ве­сти гражданам БиГ с тех пор до наших дней не окончены.
[53]    Например, один из представителей 28-й дивизии АБиГ (Исмет Ханджич) заявил позд­нее Службе безопасности 2-го корпуса АБиГ, что 12 июля 1995 г. в районе Коневич-По- ля в борьбе с АРС погибли около 2000 участников колонны, которые с территории, контролируемой АРС, пробивались к Тузле. Как и другая документация, и этот до­кумент подлежит проверке на достоверность.
[54]    Все захороненные не являются жертвами событий в Сребренице в июле 1995 г.; По­ложением о памятном месте в Поточарах была создана возможность осуществления захоронений ближайшим родственникам жертв тех событий.
[55]    Сообщение на конференции для прессы членов Комиссии правительства РС по рас­следованию событий в Сребренице и ее окрестностях с 10 по 19 июля 1995 г. Баня-Лука, 20 марта 2007 г. В дополнение к уже сказанному, в «Сообщении» указано на неточные интепретации Доклада заместителем председателя Комиссии Смайлом Чекичем.
[56]    Например, Комиссия не занималась расследованием преступлений против сербов на этой территории, а также и потерями вооруженных сил РС в столкновениях с частя­ми 28-й дивизии АБиГ. Примера ради укажем, что в операции в Сребренице только Зворничская бригада АРС насчитывала 43 убитых и 182 раненых военных, в основном в результате столкновений с колонной в своей зоне ответственности.
[57]    Комиссии не была доступна вся соответствующая документация, среди прочего — иностранных разведслужб; прокуратура МТБЮ предоставила избирательные матери­алы, неполной была и та, которую предоставила Федерация БиГ.
[58]    Автором раздела Доклада о «смешанной колонне» является Смайл Чекич, хотя в соот­ветствии с ранее утвержденными задачами в этом должен был участвовать и Джордже Стоякович. Это вторая, «исправленная» версия текста, так как первая была отклонена на заседании Комиссии. Для дальнейшего совершенствования не было времени.
[59]    В ходе работы над Дополнением к Докладу Комиссия располагала списком из 799 че­ловек, которые перебрались в Сербию, а оттуда в основном в третьи страны. Однако эти выводы впоследствии не были внесены в первую часть Доклада. Только было ска­зано, что «определенному числу босанцев удалось проникнуть в Сербию» (с. 22).
[60]    Краткая информация Заключения Основного доклада «Сребреница «свободная» зона — реконструкция, фон, последствия и анализы падения свободной территории», пт. 10.
[61]    По настоянию Чекича (с чем, в конце концов согласились и другие члены Комиссии), мое предложение, чтобы в Доклад были внесены слова «проверка достоверности ут­верждений является задачей будущих исследований», было отвергнуто.
[62]    Это было предложено и мне, когда я уже в июне 2004 г. объявил о своем особом мнении по первой части Доклада.
[63]    Događaji u i око Srebrenice... С. 40 (раздел Zaključci).
[64]    Ibid. S. 5.
[65]    Комисија за истраживање догађаја у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995 // Додатак Извјештају од 11. јуна 2004. о догађајима у и око Сребренице од 10. до 19. јула 1995. Бања Лука, 15. октобар 2004. С. 33 (раздел Препорукё).
[66]    Комиссия и рабочая группа различались по составу участников (только Смайл Чекич, по настоянию Высокого представителя, являлся членом обеих команд) и имели раз­личные компетенции. Рабочая группа была сформирована после завершения работы Комиссии. Тем не менее, в обществе часто их путают. Конечно, существует необходи­мость анализа методов и результатов работы этой рабочей группы.
[67]    Изјава члана Радне трупе Александра Радете // Глас Српске, 2007, 20. јул.
[68]    Среди них нашелся и бывший директор полиции РС Д. Андан (во время принятия решения — помощник директора по подготовке). В результате изъятия личных до­кументов эти люди временно были отстранены от работы. Характерно, что фактиче­ски их лишили всех гражданских прав до разрешения любых сомнений по поводу их причастности к каким-либо военным преступлениям. После такого статуса, который длился больше месяца, определенному числу лиц личные документы (и гражданские права) были возвращены, поскольку после расследования было установлено, что они не были связаны с военными преступлениями. ОХР отвергает любые свои обязатель­ства в связи с выплатами компенсаций пострадавшим.
[69]    Решение Международного суда в Гааге стало большой неожиданностью и шоком для части политической, интеллектуальной и всякой другой общественности БиГ. На внеочередном заседании 27 февраля Сенат университета в Сараеве принял реше­ние, что 2 марта прервет занятия в знак протеста против решения суда. По словам С. Чекича, тогда «умер Международный суд.., а председатель суда Розалин Хиггинс выглядела как Биляна Плавшич».
[70]    При посредничестве различных ассоциаций Комиссии по правам человека при Кон­ституционном суде БиГ были направлены многочисленные заявления, в которых со­держалось требование решить вопрос о пропавших без вести и раненых сербах в Сараеве в ходе войны 1992-1995 гг. Значительную документацию собрал и МВД РС. Конституционный суд БиГ обязал Федерацию БиГ разрешить эти вопросы. Это ре­шение не реализовано. На основе решения Парламентской Скупщины БиГ Совет министров БиГ организовал 15 июня 2006 г. «Комиссию по расследованию проверки преступлений против сербов, хорватов, босанцев и остальных» в Сараеве в ходе во­йны 1992-1995. Работа этой Комиссии практически не началась, и неясными были ее полномочия. Эта Комиссия, во всяком случае, не осуществила поставленной задачи. Стоит вспомнить, что решением Высокого представителя П. Эшдауна шестимесяч­ный мандат Комиссии РС по Сребренице был ограничен исключительно расследова­нием судьбы «босанцев в Сребренице с 10 по 19 июля 1995» и что все институты БиГ были обязаны сотрудничать с ней.
[71]    После завершения работы Комиссии в РС занимался этими вопросами с научных позиций исключительно я и на индивидуальной основе. Деятельность некоторых не­правительственных организаций в РС, прежде всего ветеранов, была сосредоточена в этом направлении. Интенсификация эксгумации и идентификации человеческих останков и основание Центрального регистра лиц, пропавших без вести в БиГ, созда­ют предпосылки для более «безопасной» картины масштабов преступлений в райо­не Сребреницы в июле 1995 г.
[72]    Цит. по: Екмечић М. Европска позадина «Начертанија» Илије Гарашанина 1844 // Дијалог прошлости и садашњости... С. 126.

Постави коментар

 
ТРЕЋИ ПРОСТОР © 2015. Сва права задржана. Прилагодио за веб Радомир Д. Митрић
Top